Созданы друг для друга  - Лорен Моррилл

Одна булочка перелетает через наш стол, отскакивает от стены за моей спиной и падает на пол. Я вижу, как Джейсон и Райан победоносно подняли вилки.

– Уф, он ужасней всех, нет? – Журнал уже забыт, Сьюзен резко разворачивается к столу с парнями и возмущенно сморит в их сторону. – Как ребенок.

– Точно, – киваю я. Отлично, у нас со Сьюзен, оказывается, есть общая тема для разговора – отвращение к Джейсону. – Как будто он просто не в состоянии вести себя как нормальный человек. И жвачка эта! Ты видела хоть кого-нибудь еще из старших классов, кто бы жевал виноградную жвачку в таком количестве? Отвратительно.

Сьюзен выглядит озадаченной.

– Что? – спрашивает она, а потом качает головой. – А, нет. Я про Райана. Он просто дурак.

– О… – отвечаю я. Значит, все же ничего общего у нас нет.

– А Джейсон вообще-то ничего, – продолжает Сьюзен. – Он так выручил меня прошлой весной, когда мой компьютер стер почти дописанную работу по английскому для профессора Фримена. Джейсон отдал мне свой ноутбук, а его конспекты были в сто раз полезнее моих. Если бы не он, я бы с треском провалила экзамен.

– О… – снова говорю я.

Все вокруг будто перевернулось, хотя я продолжаю сидеть. Джейсон отдал Сьюзен свой компьютер просто по доброте душевной? Джейсон ведет конспекты на уроках? Это еще более странно.

– Да, Джейсон вообще-то лучше всех, – добивает меня Сьюзен и ныряет обратно в журнал. А я снова остаюсь сама с собой.

Я листаю свои заметки, пытаясь разобраться в том кавардаке, который царит в моих записях сегодня. Вечером надо будет писать эссе, но весь этот бред в блокноте едва ли может мне помочь. Мой мозг как будто плавает в бассейне из желе. Впрочем, дело тут не только в моих неудачных конспектах. От книжного магазина до отеля было далеко, но за всю дорогу мы с Джейсоном не сказали друг другу ни слова о том, что произошло. Я вообще не поняла, что это было: то ли между нами что-то промелькнуло, как и в той будке в музыкальном магазине, то ли мне все это почудилось.

Еще пришло новое сообщение от Криса. Телефон запищал, как только мы вернулись в отель. Я хотела продемонстрировать его Джейсону, но после танцев это показалось мне нелепым. И что он хотел сказать фразой «Ты многого обо мне не знаешь»? Что он там скрывает? Почему он просто не может общаться нормально? Вот мы лучшие друзья – а вот вдруг он шарахается от меня, как от прокаженной. Однажды он так доведет меня. Как будто мы играем в странную игру, а его миссия – сбивать меня с толку как можно чаще. И он явно этим наслаждается.

Что ж, тогда я больше не хочу играть. Но я хочу узнать больше о Крисе. Вернее, теперь, когда я его видела, я хочу, чтобы он узнал больше обо мне. Хочу вместо шока и отвращения на его лице увидеть восторг, когда наберусь храбрости для встречи и расскажу, что я пловчиха ростом в полтора метра, а не высокая супермодель. И пусть Крис не самый горячий парень на планете (самый идеальный, конечно, Марк), он все равно прекрасен. Ведь он же читал Шекспира. Там, в кафе. Точь-в-точь ту же книгу, что была у меня.

Я бросаю взгляд на Сьюзен – все ее внимание приковано к статье о возвращении в моду боа. Пожалуй, она даже не заметит, если я сейчас встану и уйду, но как-то странно просто уйти, не сказав ни слова.

– Не возражаешь? – киваю я в сторону лифта. – Мне нужно набросать эссе, а гид был совершенно бесполезный.

– Да как угодно.

Сьюзен смотрит на стол Райана – там как раз освободилось место. Она берет свои вещи и идет туда. Похоже, уже больше не считает, что Райан ведет себя как ребенок.

Пока лифт неторопливо поднимается на мой этаж, я снова открываю телефон и смотрю на сообщение от Криса. Когда кабина проезжает очередной этаж, раздается звонок. Я делаю глубокий вдох и пишу ответ: «И я тебя. Очень. Дж.».

Думаю, самый верный способ – быть краткой и писать просто. Так я не смогу ничего испортить… надеюсь. Двери лифта открываются на моем этаже, и телефон снова вибрирует: «Может, встретимся? К.».

Я открываю рот от неожиданности и испуганно захлопываю телефон. Писать ответ второпях в коридоре – точно не лучшая идея. Нужно все хорошенько обдумать. Я захожу в номер и плюхаюсь на мягкую кровать. Рядом лежит открытый и готовый к работе ноутбук. Только вот мне сейчас не до эссе. Я вообще не могу ни о чем думать. Перед глазами стоят роговые очки и растрепанные волосы. Какой же Крис красавчик! Теперь, когда я знаю, как он выглядит, все стало гораздо хуже: могу представить, как вытянется его лицо от разочарования при встрече со мной.

Что я вообще ему скажу? О да, привет, Крис! Вот какая штука. Когда я говорила «супермодель», я на самом деле имела в виду «старшеклассница». А когда говорила про «фотосессии», имела в виду школьные экскурсии по музеям. Так что я просто грязная лгунья. А еще я живу в Массачусетсе, а не на Манхэттене, но ты, пожалуйста, все равно влюбись в меня, ладно?

От отчаяния я захлопываю ноутбук так резко, что лежащий рядом телефон подпрыгивает и падает на пол. Я поднимаю мобильник и снова перечитываю сообщения от Криса. Значит, он хочет узнать меня получше. Думаю, сейчас не время рассказывать, что последние дни я бегаю за ним по всему городу. Я хочу написать что-то такое, чтобы он понял, как я мила и остроумна, но мне настолько страшно, что я решаю перейти к плану Б: честность.

«Пока не могу. Все очень сложно».

«Сложно» – это просто слово года. Если я попытаюсь описать все как есть на малюсенькой клавиатуре этого паршивого телефона, то мне понадобится несколько дней. Да и тогда не факт, что у меня получится все объяснить. Потому что я понятия не имею, с какой стороны к этому подступиться.

Я ставлю ноут на колени и смотрю на черный экран. Потом решаю еще раз пролистать заметки, на этот раз вооружившись моим любимым зеленым маркером. Я переворачиваю страницы в попытке выудить тезисы, найти, с чего начать эссе. Я все листаю и листаю, в задумчивости засовываю кончик маркера в рот и грызу и нервно вожу пальцами по строчкам. Но чем больше я читаю, тем больше начинаю нервничать. Все бесполезно.

Мой сломанный дорожный будильник подмигивает красной лампочкой, будто насмехается надо мной из-за того, что я так долго не могу справиться с заданием. Я вскакиваю с постели, прислоняюсь спиной к стене и приседаю на невидимый стул. Тренировка мышц ног. Чем сильнее будет жечь в бедрах, тем быстрее остынет голова. Я считаю секунды. Тридцать. Шестьдесят. Девяносто. Время тикает, но ничего не происходит. Почти две минуты, ноги уже начинают дрожать, но хаос из мыслей и страхов никуда не уходит. Где-то на третьей минуте мои ноги сдаются, я опускаюсь на пол. Разминая руками ноги и тяжело дыша, я пытаюсь решить, что делать.

Такое впечатление, будто я брожу в потемках своего разума с фонариком, но никак не могу найти ни единого слова для того, чтобы описать, что я чувствую. Очевидно только одно: мне ни за что не удастся написать сегодня два эссе, тем более учитывая тот факт, что в последние дни Джейсон почти не помогает мне. Вернее, вообще не помогает. Он не помощник, он полная противоположность полезности.